Одна

Учительница летит на Алтай, а в звуковое кино врывается Шостакович. Специальный показ в программе «Странное советское кино».

1931, Григорий Козинцев, Леонид Трауберг | Grigori Kozintsev, Leonid Trauberg

СССР
82 мин., рус.

В ролях: Елена Кузьмина, Петр Соболевский, Сергей Герасимов, Мария Бабанова

Противостояние старого и нового — знаковая тема для режиссеров эпохи авангарда. Размышляя о ней, Довженко создал «Землю», Эйзенштейн — «Генеральную линию», Пудовкин — «Мать». Основатели «Фабрики эксцентрического актера» (ФЭКС) Козинцев и Трауберг тоже не прошли мимо, однако вывели конфликт в неожиданную плоскость: не революция, не коллективизация, а система работы по распределению.

После показа состоится обсуждение фильма с музыковедом Сергеем Уваровым.

Кадр из фильма «Одна», 1931

Думаю, что самое ценное, что было в этой картине, — музыка Шостаковича… Я бы сказал, что она была пониманием звукового кино таким, каким оно должно быть.

— Леонид Трауберг (из интервью, опубликованного в Собрании сочинений Д. Д. Шостаковича, т. 41)

Молодую выпускницу педагогического института отправляют на Алтай. После попыток остаться в городе она осознает свою миссию и уезжает в неведомую даль, чтобы воспитывать новое поколение. Вместе с удивительной красотой местности ей открывается и традиционный уклад: дети весь день стригут овец, шаман проводит обряды, а на въезде гостей встречает лошадиная шкура, натянутая на палку.

В процессе съемок старое столкнулось с новым за пределами сюжета: из министерства пришло указание сделать фильм звуковым — первым на Ленинградской киностудии. В поисках изобретательного решения Козинцев и Трауберг пригласили молодого композитора Дмитрия Шостаковича, который уже успел поработать с дуэтом над лентой «Новый Вавилон» (1929). Но если тогда Шостакович был полон заимствований и подражаний, то здесь, по словам Трауберга, «шел от себя» — и картина осталась в истории кино как один из ярких примеров сотворчества режиссеров с композитором.