T
Сопротивление материала. Сибирский художник Артем Ляпин о поэтике повторяющихся действий
В мае прошлого года в программе «Клуб друзей „Сводов“» участвовал художник Артем Ляпин, известный своей работой с самыми разными материалами — от металлической проволоки до сажи. Поговорили с Артемом о мифах и кружеве, особом переживании времени и развитии путем видоизменений.
Автор
Ольга Дружинина — куратор Центра художественного производства «Своды».
Артем Ляпин — художник, работает с текстилем и графикой. Резидент мастерских музея «Гараж». Лауреат сибирской премии SCAN, работал в Иркутском театре кукол.
[Ольга Дружинина] Ты по образованию архитектор и художник-педагог. Почему начал заниматься кружевоплетением?
[Артем Ляпин] Случайно. За полгода до того, как начался ковид, на книжном фестивале мне попалась книга про ковроткачество. Этот процесс мне сразу понравился своими ритмичностью и темпом: ты медленно повторяешь одно и то же действие и как будто бы впадаешь в некий транс, не замечая, сколько прошло времени. Потом меня заинтересовали и другие техники: кружевоплетение как продолжение, выход в более сложную форму — за рамки прямоугольника [как у ковра].
[Ольга Дружинина] Ты работаешь с большим диапазоном материалов — от текстиля до металла. Как ты их выбираешь?
[Артем Ляпин] Для меня очень важно взаимодействие с материалом: как он живет, как я на него отзываюсь, куда он меня ведет. Иногда требуется время, чтобы понять, что лучше сказать через этот материал. Когда я работал с коврами, то не сразу сформулировал для себя, что моя работа будет рассказывать о домах и кочевых народах. А первый московский проект с текстильными кружевами был про любовь и солнце, он основывался на сказке «Ангарские бусы» (выставка «Я думаю, эта любовь продлится вечность» 2024 года. — Прим. ред.). Мне захотелось рассказать зрителю о своем происхождении, и я выбрал для этого историю из бурятского фольклора. А уже металлическое кружево привело меня к разговору про одиночество: взгляду в темноту внутри себя.
[Ольга Дружинина] Давай поговорим про еще одно художественное средство в твоем арсенале — графику.
[Артем Ляпин] Я по образованию архитектор, но после окончания института зарекся брать в руки карандаш. И только работа с кружевом вернула меня к рисунку. Когда нитки начинают переплетаться, создается определенная текстура, которую мне захотелось перенести в плоскостную фактуру. Я ничего лучше не придумал, как просто пропитать кружево тушью и положить на бумагу, а потом уже появились небольшие графические рисунки.
Металлическое кружево становится матрицей для печати, которую художник размещает в станок для оттиска.
[Ольга Дружинина] Твоя первая выставка в Москве была связана со сказочными персонажами. Помню, что тебе было важно использовать эпос для рассказа о своих корнях – хотелось бы узнать чуть больше.
[Артем Ляпин] В том месте, где вытекает река Ангара, есть скала с особым названием — «Шаман-камень». По легенде Байкал хотел выдать свою дочь Ангару замуж за нелюбимого, и она сбежала от отца. Когда она убегала, Байкал бросил в нее камень.
Размышляя о них, я создал своего первого кружевного персонажа и назвал его Сеней в честь Енисея, любимого Ангары. За его головой расположено солнце — мы как будто смотрим на него глазами влюбленной Ангары, которую я изображаю в позе бегущей сеятельницы. По той же легенде Ангара разбросала бусы, которые подарил ей отец, и там, где они падали, прорастали города.
Мне было интересно задуматься о том, что с героями происходило дальше. У всех сказок счастливый конец, но в жизни бывает иначе: можно жить вместе недолго и несчастливо. Так родился еще один персонаж этой серии — рыцарь Кольцемер. Он верит в любовь, хотя его и предали. А поскольку у всех рыцарей должен быть свой меч, то он превратился в еще одного героя под именем Сердцедер. Все эти персонажи мне близки, они рассказывают о разных моих состояниях. На выставке с металлическим кружевом (проект назывался Light My Fire и был реализован в 2025 году. — Прим. ред.) я тоже говорю о себе: бывает сложно признаться самому в том, что ты одинок, погрузиться в темноту и найти внутренний свет.
[Ольга Дружинина] Как появился твой интерес к мифологии? Какое сообщение несут твои мифологические серии?
[Артем Ляпин] Миф для меня — не прошлое, а граница между видимым и названным, где смысл только начинает формироваться или ускользает. Именно в этой зоне для меня и возникает искусство. Я работаю с контрастом — делаю кружева из металла, обжигаю бумагу. В этом столкновении привычное восприятие ломается, и зритель попадает в ситуацию неопределенности. Я не стремлюсь к однозначному сообщению — скорее создаю состояние, в котором значение еще не закреплено.
[Ольга Дружинина] Структура мифа обычно циклична, он самовоспроизводится. Видишь ли ты в этом связь с процессом создания кружева?
[Артем Ляпин] Миф действительно строится как повторяющаяся структура: он возвращается, варьируется, воспроизводит себя через небольшие смещения. И процесс создания кружева устроен очень похоже: это всегда ритм, повтор, постепенное наращивание узора, где из простого элемента складывается сложная система. Поэтому кружево для меня — это не просто техника, а модель мышления, близкая мифу: структура, которая воспроизводит себя, но каждый раз сдвигается, накапливая разницу и создавая новый образ.
[Ольга Дружинина] Твои фигурки, выполненные из металлической проволоки в технике плетения кружева, напоминают мне бумажных кукол. Куклы — еще одно важное направление твоей работы. Как у тебя появилась идея использовать такие необычные материалы при их создании — сосновые шишки, бинты, розы, шелк?
[Артем Ляпин] В 2020 году я стал работать в Иркутском областном театре кукол. Сначала как художник по свету, а потом понял, что интереснее всего мне работать именно с куклами, и попросил перевести на другую ставку. Так я стал работать в бутафорском цехе, изготавливая кукол и декорации, и за это время освоил всю технологию процесса.
А потом однажды начал создавать куклы в свободное время, используя для этого все найденные в поездках и походах предметы, своеобразные артефакты места. Эти персонажи могут появляться как результат сочетания материалов, которые как будто не очень подходят друг другу, — например, бинтики и шелк. Одну из своих первых кукол я сделал в Дагестане, собирая на рынке обрезки из старых тканей. Характерно, что у всех кукол есть какой-то свой предмет: у «Принцессы Дагестана», например, есть сумка, в которой находится бинтик.
[Ольга Дружинина] Как интерес к традиционным ручным ремеслам связан с местом твоего рождения?
[Артем Ляпин] Иркутская область — очень интересный регион: его окружают Якутия, Бурятия, Монголия, Тыва, связанные с кочевыми народами. Это, наверное, и повлияло на мой интерес к архаике, но традиционные ремесла я больше люблю за эффект другого переживания времени, о котором говорил ранее.
[Ольга Дружинина] А можешь ли ты выделить особенности иркутского или сибирского современного искусства?
[Артем Ляпин] Я этого не вижу в современном искусстве — все стало очень глобализированно.
[Ольга Дружинина] В «Сводах» ты работал в авторской технике, которая называется Э.М.Т.П. — экспериментальные методы текстильной печати. Как она появилась и как развивается?
[Артем Ляпин] Из желания перенести текстуру кружевных объектов на плоскости — сначала на бумагу, потом на ткани с добавлением хлорки, а затем и в технике цианотипии. Для меня было важно, чтобы кружево не страдало, и в последних итерациях участвовало уже металлическое кружево. Я начал использовать офортный станок с проявлением отпечатка сажей. Это достаточно важный, я бы даже сказал ритуальный, процесс. После отпечатка кружева через офортный станок рисунок превращается в тиснение белым на белом. Я поджигаю свечку и копчу лист, с которого потом снимаю эту копоть, символически как будто освобождая этот рисунок.
[Ольга Дружинина] Ты медленно работаешь?
[Артем Ляпин] Да, и нет никакой возможности ускориться. Чтобы плести кружево, нужно подготовить очень много аспектов, а сам процесс плетения занимает две-три недели работы по шесть-семь часов в день. Многие хотят работать так, чтобы от идеи до реализации проходил короткий период, но, к счастью, я получаю удовольствие от проживания моментов всего протяженного процесса, который напоминает мне ритуал.
Все фото: Вадим Штэйн
[Ольга Дружинина] Случаются ли у тебя творческие кризисы? Как ты с ними справляешься?
[Артем Ляпин] Мне кажется, что развитие в целом может идти двумя путями: это либо усложнение того, что ты уже делал, либо видоизменение. Я выбрал второй путь, и это всегда какой-то поиск.
Поиск разворачивается как постоянный кризис и борьба, попытка найти ориентиры, прощупывание разных материалов. Иногда в моменте не понимаешь, что делать дальше, но проработка новых форм и пребывание с материалом дают ощущение прогресса маленькими шагами, и из этого потом складывается новый проект. Этот путь тернист, но интересен.