«Весь мир здесь обретает дом: по следам Тагора». Прогулка по выставке с Артемом Бондаревским

ГЭС-2

«Весь мир здесь обретает дом: по следам Тагора». Прогулка по выставке с Артемом Бондаревским

Версия материала на РЖЯ 

Краткий гид от директора «ГЭС-2» по выставке, посвященной наследию нобелевского лауреата Рабиндраната Тагора.

Автор

Артем Бондаревский — генеральный директор фонда V–A–C и Дома культуры «ГЭС-2».

Этот проект родился из исследовательской поездки команды «ГЭС-2» в Индию в 2023 году. Мы хотели найти точки соприкосновения с этой большой и древней страной и ее культурой. Найти тему, которая была бы интересна и российскому зрителю, и индийской стороне. Конечно, мы не ставили цель собрать ретроспективную выставку современного или модернистского индийского искусства, поэтому начали думать о конкретных героях, которые были бы знакомы московской публике.

И вдруг выяснилось, что люди в Москве (причем, по большей части, старше 35 лет) знают всего-навсего четыре индийских имени: Махатма Ганди, Индира Ганди, Джавахарлал Неру и, неожиданно, Рабиндранат Тагор. Тагор появляется в самых разных произведениях нашей культуры — начиная с «Золотого теленка» Ильфа и Петрова и заканчивая песней из фильма «Вам и не снилось». Но при этом он остается таинственным фантомом, его личность и детали биографии — за исключением, пожалуй, присуждения Нобелевской премии по литературе в 1913 году — не известны широкой аудитории.

Нам показалось интересным поговорить о творчестве и идеях этого многогранного человека, который был не только поэтом и прозаиком, но также философом, композитором, художником и одним из создателей современной системы образования в Индии. Одна из главных задач выставочного проекта «Весь мир здесь обретает дом: по следам Тагора» — выстроить диалог между Рабиндранатом Тагором и современностью, представив его художественные работы, которые в последний раз были в России в 1930 году, на персональной выставке в Музее нового западного искусства.

Мы стали выяснять, откуда можно взять произведения Тагора-художника для нашего проекта. Всего в мире есть две большие коллекции его работ. Одна — в Национальной галерее современного искусства в Дели (ее директор, кстати, приезжал к нам на открытие в «ГЭС-2»). А вторая, и главная, — в доме-музее Тагора «Рабиндра-Бхавана» при университете «Вишва-Бхарати» в Шантиникетане в Западной Бенгалии, который он основал в 1921 году.

Весной 2025 года я поехал в Шантиникетан — 140 км от Калькутты, через поля, леса и деревни. И оказался в настоящем раю, где природа и образование по-прежнему слиты воедино — как и задумывал когда-то Тагор, — и встретился там с людьми, которые каждый день работают с наследием великого мастера. В небольшом музее при университете нет пространства, чтобы показать работы, нет возможности рассказать о них нестандартным способом, поэтому команда «Рабиндра-Бхавана» сразу проявила интерес к совместной выставке в Москве.

Отдельная сложность заключалась в том, что искусство Рабиндраната Тагора является национальным достоянием Индии: вывоз его работ для участия в международных проектах требует согласования нескольких министерств.

В следующую рабочую поездку в Шантиникетан ко мне присоединились кураторы «ГЭС-2», и именно тогда возникла идея, что смысловым центром выставки должна стать не просто графика Тагора, но его идейное наследие в самом широком смысле, а еще — образ университета «Вишва-Бхарати», который сам Тагор считал своим главным детищем. И все это — в диалоге с работами современных художников из России и Индии, чтобы показать, насколько это идейное наследие актуально сегодня. Так в проекте появились наши друзья из калькуттской галереи Emami Art и Академии искусства и культуры Бирла, а также российские художники Лиза Неклесса, Иван Новиков и Ульяна Подкорытова.

Нашей общей задачей было передать атмосферу университета «Вишва-Бхарати» в Шантиникетане — архитектура выставки, разработанная Сашей Ким, выступает своеобразным оммажем полукруглым скамьям под кронами деревьев, где до сих пор занимаются студенты. А произведения самого Тагора обрамляют выставку и создают широкий историко-культурный контекст, с которым работают современные авторы. Великий индийский писатель, общественный деятель и художник через свои работы на стенах как бы смотрит на то, как его мысли и творческие установки живут сегодня.

Один из лейтмотивов программы «ГЭС-2» — «Другие модернизмы» — направлен на переосмысление глобальных художественных нарративов. Задача программы — создать пространство для диалога в различных культурных и геополитических контекстах, который был бы способен уточнить видение общей истории и настоящего.

Для меня эта выставка про след человека в истории, про то, как идеи могут путешествовать через пространство и время. Это доказывает теорию, что история развивается по спирали: мы всегда возвращаемся к определенным точкам, которые важны, но не проработаны до конца. Например, концепция Тагора о единстве культуры, образования и природы, как мне кажется, по-прежнему себя не исчерпала. Кроме того, эта выставка дает возможность посмотреть на наш мир и историю искусства глазами человека, который в свое время побывал в двадцати странах, увидел самые прогрессивные на тот момент вещи и, пропустив их через себя, отразил в собственном творчестве.

Обычно я стараюсь смотреть выставки и делать первые выводы самостоятельно, а затем уже читаю кураторские тексты. Но в данном случае, учитывая обширный исторический и культурологический контекст, я бы посоветовал провести подготовительную работу и собрать как можно больше информации. Найти для себя ответы на вопросы: кто такой Рабиндранат Тагор, что его волновало и во что он верил, почему он основал университет и стоило ли вообще делать такой проект в Москве в 2026 году. Ответы на эти вопросы могут быть самыми разными.

Мой идеальный маршрут по выставке «Весь мир здесь обретает дом: по следам Тагора» совпадает с ее архитектурой. Я бы предложил начать с работ самого Тагора на правой от входа стене.

Рабиндранат Тагор. Без названия («Слон»), ок. 1929; Без названия («Два животных»), ок. 1935–1936; Без названия («Человек и птица»), 1931–1932; Без названия («Встреча грызуна и птицы»), 1929; Без названия («Экзотическая птица»), ок. 1929–1930; Без названия («Встреча животных»), 1929

В этих абстрактных образах животных и птиц проявляются отголоски западных живописных течений — импрессионизма, экспрессионизма, авангарда. Во время своих путешествий Тагор получил богатый визуальный опыт и превратил его в собственный стиль, объединив актуальные тенденции мирового искусства с наследием индийской классической миниатюры и бенгальской живописной традицией.

Тагор обратился к живописи в возрасте 67 лет и создал за последние годы жизни более 2500 работ.

The Otolith Group. Почвенный горизонт О, 2018

Затем стоит обратить внимание на видеоработу британских художников из The Otolith Group. Этот атмосферный и масштабный портрет «Вишва-Бхарати» выступает одной из визуальных доминант всей выставки. Если будет время, я бы рекомендовал посмотреть видео целиком, чтобы ощутить атмосферу основанного Тагором университета. 

Видео рассказывает о модернистских теориях танца и песни, разработанных Тагором, а также об экспериментальных практиках настенной живописи, скульптуры, живописи и рисунка индийских художников-модернистов, связанных с Шантиникетаном.

Рума Чоудхури. Река Аджай, 2023–2024

Следом подойдите к трехчастной работе «Река Аджай». Современная индийская художница Рума Чоудхури наглядно показывает, как можно создавать искусство вместе с природой — один из главных тезисов выставки. Использованные в серии листы изготовлены художницей из волокон растений, растущих в окрестностях реки Аджай, а бумага, которая обычно служит основой для рисунков, здесь сама становится пейзажем: в ее структуру вписаны очертания извилистого речного русла.

GABAA. জমির সোয়া তিন দিক («Джумир шоу тын дык»), 2025

Затем, изучив инсталляцию молодого индийского коллектива GABAA, посвященную современным проблемам Западной Бенгалии и Индии в целом, можно переместиться к левой от входа стене с работами Тагора.

GABAA — группа художников-выпускников Шантиникетана, работающая с непривилегированными городскими сообществами и эко-тематикой.

Рабиндранат Тагор. Без названия («Пара»), ок. 1931–1932; Без названия («Мать и дитя»), ок. 1930–1931; Без названия («Женщина с поднятой рукой, вид со спины), ок. 1932–1933; Без названия («Пара в профиль»), ок. 1928–1929; Без названия («Обнаженный мужчина с рукой на боку»), ок. 1930–1931

Здесь стоит обратить внимание на работу «Мать и дитя». Являясь квинтэссенцией живописного наследия Тагора, она во многом раскрывает один из замыслов выставки. Мы привыкли, что классический сюжет направляет внимание зрителя на младенца, но в индийской культуре главной героиней становится мать, а младенец в данном случае повернут к нам затылком. Техника исполнения этой работы отсылает к Густаву Климту, а сюжет — к византийской иконописи, которая достаточно часто цитируется в индийском модернизме. В то же время здесь прослеживается сильное влияние индийской классической миниатюры.

Ульяна Подкорытова. Голос — это волна, 2025

Все фото: Вадим Штэйн

Если работа The Otolith Group представляет университет «Вишва-Бхарати», то Ульяна Подкорытова исследует жизнь региона в целом — через голос, звук и песни. Это видео рассказывает и про деньги, и про радость, и про приоритеты, и про людей. В своем путешествии по Шантиникетану и окрестностям художница учится слушать окружающий мир и петь с ним вместе там, где по формуле, взятой Рабиндранатом Тагором из древних ведических текстов, «весь мир обретает дом».

Процесс пения в этом проекте становится способом для разных культур понять друг друга без знания языка.

Версия материала на РЖЯ

Перевод на русский жестовый язык: Татьяна Напалкина